Поиск

РУССКИЙ ЯЗЫК ДЛЯ ДОШКОЛЬНИКОВ–ДЕТЕЙ РУССКОЯЗЫЧНЫХ ИММИГРАНТОВ

Русскоязычные родители, проживающие вне России, понимают, как важно обучить детей русскому языку: и тех, кого привезли в новую страну в младенческом возрасте, и тех, кто родился в новой стране. Ведь даже для детей, родившихся не в России, но в русскоязычной семье, русский язык обычно является языком материнским.

Материнский язык – язык раннего детства, язык, в который ребенок погружается с момента рождения, на котором мама разговаривает с ним, совсем крохой, поет ему колыбельные песенки, уговаривает не плакать, учит понимать первые обращенные к нему слова и отзываться на свое имя. И первые слова ребенок произносит на материнском языке. Он учится говорить, подражая тем звукам, которые произносит мать и другие близкие ему люди. Ребенок следит за артикуляцией взрослых, мимикой, повторяет звуки и слова, постепенно распознавая их смысл, даже воспроизводя мимику и некоторые жесты, связанные с речью. В первый период овладения языком младенец воспринимает не отдельные слова, а словосочетания, повторяя как клише то, что взрослые относят к нему. «На!» - говорит ребенок, обращаясь с просьбой дать ему что-то; вместо «Возьми меня на руки» он повторяет фразу взрослых «Иди ко мне» или говорит: «На меня». Так постепенно ребенок не только накапливает слова, но и учится оформлять их грамматически, подсознательно связывая слова по принципам русской грамматики, правильно выбирая формы слов, правильно конструируя предложения. Материнский язык превращается в язык родной. Дальше человек совершенствует свой родной язык, что обычно и происходит в жизни, а уж богат будет этот язык или беден, зависит от ряда обстоятельств. Но это язык, на котором человек думает, на котором он видит сны, отвечает на неожиданные вопросы. Даже если впоследствии (будучи уже взрослым) он овладевает несколькими языками, они, как правило, остаются для него иностранными.

В современном мире довольно часто возникают ситуации, при которых материнский язык не становится родным. Можно вспомнить не столь уж давнее время, когда в так называемых «местечках» Украины, Белоруссии, где массово проживали евреи, языком общения, то есть родным языком, был идиш. Он был материнским языком для детей, родившихся в 20-30-е годы прошлого века. Но эти дети пошли в школу, где преподавание велось на русском языке, а идиш был почти (или даже не почти) под запретом и вызывал насмешки. На нем почти не говорили, родным языком для этих детей становился русский. А уж если выросшие дети уезжали учиться в большой город, то идиш забывался ими совсем. Так для этой группы людей идиш был языком материнским, а их родным – русский.

То же самое можно наблюдать у иммигрантов, уехавших из России с маленькими детьми. У детей, родившихся в России или даже в стране проживания, русский язык – материнский (мама, бабушка говорят с ними по-русски), но как только ребенок начинает посещать детский сад, школу, активно общаться со сверстниками, он попадает в среду языка страны, в которой живет. Родным языком для него становится язык постоянного общения. Даже если дома говорят по-русски, ребенок отдает предпочтение новому языку, потому что расширяется круг его интересов, тематика общения выходит за пределы домашних разговоров («семейного языка»). Новые возрастные интересы требуют более широкой информации, которая приходит на языке страны. К материнскому языку пропадает интерес, ребенок перестает ощущать его родным, даже поддерживая на минимальном уровне. Он не забывает, как многие считают, только слова, он утрачивает самое главное в языке – его грамматический строй. Слова – это строительный материал, который нельзя использовать кое-как, он требует оформления в цельное здание, главное - взаимосвязь, а именно эта связь – изменение слов, возможные сочетания – отсутствует. Ребенок все дальше уходит от материнского языка. И если через несколько лет попытается вернуться к нему, то потребуется много лет занятий, не говоря уж о материальных затратах.

Американская врач-педиатр, доктор психологии Сюзен Канизарес (Susan Canizares) на основании многолетних исследований получила интересные результаты. Из них следует, что двух-трехлетний ребенок знает от 50 до 300 слов родного языка. Ребенок от трех до четырех лет – от 500 слов до 1200. У ребенка четырех-пяти лет запас слов уже 2000.

Если с ребенком не заниматься языком родителей, он быстро утрачивает материнский язык, забывая слова и теряя грамматический строй языка. И если не сохранить имеющийся у ребенка даже лексический запас (в данном случае мы говорим только о лексике, игнорируя грамматический строй языка), то на запоминание этих 1200 слов, которые ребенок знал в четыре года, потребуется не менее полутора-двух лет занятий с педагогом. Следовательно, сохранение материнского языка дает ребенку серьезные преимущества для дальнейшего совершенствования его как второго родного. Сохранить язык значительно проще, чем учить его заново[1]

Иногда кажется, особенно родителям, что их ребенок говорит по-русски, что занятия русским языком ему не нужны, русский – его родной язык. Но ведь, «разговаривая по-русски», ребенок совсем не случайно в предложениях, построенных по правилам нового для него (английского, немецкого, иврита и др.) языка, заменяет слова знакомыми ему русскими словами. Например (приведу самые простые примеры), «Тарелки лежат на столе» (англ., иврит), «Что есть твой телефон?» вместо «Какой у тебя номер телефона?», «Я буду в шесть с половиной» (о времени), «Сделать экзамен» вместо «Сдать экзамен», «Сказал принести мяч», «Что будет задание?» (иврит), «Эта книга кого?» (иврит), «Я не знаю, если он приходил» (англ., иврит, немецк.).

Это не перевод на русский язык иноязычных фраз, а элементарная замена слов нового языка сохранившимися в памяти словами русского языка, то есть подстрочник, это значит, что язык страны проживания стал для ребенка родным.

Самый простой путь к билингвизму – владению двумя языками на уровне родного – сохранить у ребенка материнский язык и продолжать развивать его, совершенствуя до такой степени, чтобы сделать вторым родным. Но для этого необходимо заниматься с ребенком русским языком с того момента, когда он начал осваивать новый язык. И заниматься не по учебникам для детей – носителей русского языка, а по учебникам для детей-иностранцев, созданным на основе методики преподавания русского языка как иностранного (РКИ). Ведь русский язык для ребенка уже становится (или стал) иностранным. И главная задача теперь – не потерять тех знаний, которые ребенок накопил, продолжить работу над русским языком уже вне языковой среды, когда влияние языка страны проживания оказывается преобладающим.

Некоторые родители боятся перегрузки ребенка или того, что русский язык помешает изучению нового языка. Взрослые недооценивают возможностей детей трех–семи лет, не учитывают их неуемную фантазию, уникальную в этом возрасте память и заложенную в каждом ребенке способность к языкам. Практика показывает, что каждый ребенок в этом возрасте способен освоить одновременно несколько языков (не путая и не смешивая их, чего опасаются родители), и знание нескольких языков только способствует его развитию. Ребенок налету схватывает довольно сложные грамматические конструкции и легко вводит их в свой язык, наполняя новым лексическим содержанием: заменяя слова, не ошибаясь в их грамматической связи. Он, не задумываясь, скажет, что «смотреть на кого», а «видеть кого»; что «ходить в шапке» и «ходить с шапкой» не одно и то же. Для понимания того же самого взрослому ученику, начинающему изучать русский язык, требуется много времени. Важнейшая задача – путем раннего обучения чтению и письму раскрыть и закрепить заложенные в ребенке возможности, используя особенно благоприятный период развития ребенка, когда у него формируются языковые навыки и он осваивает язык интуитивно, знакомясь с окружающим миром и легко запоминая большое количество слов, словосочетаний и стихов. Благодаря способности к подражанию, ребенок воспроизводит сказанные учителем фразы, стихи, его произношение, интонацию, иначе говоря, он усваивает особенности произношения и интонацию тех языков, на которых говорит.

Четырех-пятилетних детей не только можно, но и нужно учить читать и писать. Алфавит ребенок-дошкольник осваивает легко и, главное при этом – научить его слоговому, а не побуквенному чтению. Раннее обучение чтению и письму дает серьезные преимущества при поступлении в школу: ребенку легче освоить латинские буквы, соединение букв на письме уже не вызовет затруднений.

С самого начала дети должны писать письменным шрифтом, а не рисовать печатные буквы. Обучение письменному шрифту ускоряет и упрощает не только обучение письму, но и сам процесс написания слов. Много часов, уходящих на написание крючочков и палочек, что практикуется в российской школе (чистописание), не способствуют созданию хорошего почерка[2].

Длительный опыт показал, что от этого почерк не только не ухудшается, а, наоборот, в нем начинают доминировать элементы графической гармонии и индивидуальности. Начиная писать сразу письменными буквами, каждый ребенок вырабатывает свой индивидуальный почерк, причем, не хуже, чем у учеников, писавших по прописям.

Почему в советской школе не рекомендовали учить ребенка писать до поступления в школу? Традиция, оставшаяся от дореволюционной школы, когда обучение каллиграфии (написанию с определенным нажимом и наклоном, четкими элементами букв) было важным школьным предметом. Умение красиво писать было обязательным для культурного человека. Теперь, в век компьютеров, рукописный текст не играет важной роли («рукописи» создаются на компьютере), и умение красиво выписывать палочки и крючочки не имеет значения.

При обучении чтению и письму следует обращать внимание на развитие речи, на правильное произношение звуков и слов, интонацию и незаметно, но настойчиво закреплять грамматические формы.

Будучи жителем России, ребенок все время слышит только русскую речь, он погружен в нее. Даже не все понимая, он «впитывает» формы, постоянно обогащая свой язык. Теперь же он оторван от языка, и новый материал ему можно давать, только опираясь на то, что усвоено раньше. Только реальное, а не заученное владение грамматикой позволяет ребенку, растущему в среде другого языка, избавиться от примитивной речи и пользоваться конструкциями, присущими русскому литературному языку. Поэтому закрепление грамматических форм должно проходить на легко запоминающихся и часто повторяющихся моделях – речевых образцах. Объяснять «правила» бесполезно, это не только непонятно ребенку, но и делает урок скучным, у ребенка пропадает интерес к самому языку. Проще всего при изучении грамматики малышами использовать детские стихи. Начинать нужно с тех стишков, песенок, которые ребенок слушал и повторял в раннем детстве, и постепенно вводить новые детские стихотворения.

Ритмика, рифма, а также тема, интересная для детей, способствуют запоминанию стихотворения, а, следовательно, закреплению фонетических и интонационных навыков. Словосочетания из стихотворений ребенок переносит в речь. Такие выражения, как «это было так давно» (Р.Сеф), «только это между нами» (Р.Муха), «под дождем остался …» (А.Барто), становятся уже «своими», ребенок ими пользуется не задумываясь. Но этим работа над стихотворением не ограничивается. Стихотворение – прекрасный материал для работы над грамматикой, совершенно незаметной для ребенка. Например, выучив забавное стихотворение Ренаты Мухи и Вадима Левина

« По Борнео и Ямайке

Ходит слон в трусах и майке.

Ходит в маминой панаме.

Только это – между нами»,

ребенок легко запомнит, что можно «ходить (в чем?)» - панаме, майке. И дальше он, естественно, скажет: «Ходит в рубашке, платье». По аналогии с формой «в трусах» - ходит «в брюках, туфлях». Узнавая новые слова, ребенок с легкостью подставляет их в освоенные конструкции (в трусах, значит: в носках, шортах, колготках; в майке, следовательно: в рубашке, свитере; если ходит в панаме, то можно: в шляпе, косынке, платке).

Но для того, чтобы ребенок мог продолжить грамматический ряд, преподаватель должен подготовить ребенка, сделав ряд упражнений на развитие речи (ребенок должен ответить на вопросы, объяснить, как это можно понять и т.п.). Только после такой подготовки можно заниматься грамматическими упражнениями, не подчеркивая, что это грамматика: ребенок отвечает на вопросы, в которых «запрятана» грамматика, например, вопросы «где» для закрепления предложного падежа. От вопросов, связанных с содержанием стихотворения, уже легко перейти к вопросам бытового характера, но придерживаясь грамматической и лексической темы, которая заложена в основу урока.

При выборе стихотворений, материала для чтения всегда следует помнить об оторванности ребенка от русскоязычной среды, о том, что и новые слова, и грамматические формы он узнает только от вас, другого источника нет. Следовательно, надо строго дозировать как лексический материал, отбирая «нужные» слова и отбрасывая то, что на данном этапе обучения лишнее, не необходимое, справляясь с частотным словарем русского языка, так и грамматический материал, который должен вводиться постепенно и в соответствии с методическими рекомендациями.

Выбирая стихотворение или рассказ, следует обращать внимание не только на доступность лексики и грамматики (нельзя же дать ребенку для чтения или заучивания предложения с пассивными конструкциями или причастным оборотом и т.п.), но необходимо учитывать и тематику. Она должна быть «интернациональна»: не содержать информации, которую ребенку трудно воспринять в силу своей ментальности. Например, прекрасные по форме, языку и содержанию некоторые стихотворения С.Маршака, А.Барто, С.Михалкова непригодны для детей, живущих не в России, поскольку речь в них идет о коммунальной квартире с общей кухней, о пионерском сборе, о событиях, которые не представляют интереса для ребенка, живущего не в России.

Особого разговора заслуживает увлечение некоторых родителей и учителей чтением русских народных сказок, пусть даже адаптированных. Издавна считается, что сказки созданы для детей. Это совсем не так. Но не будем входить в историю создания и распространения сказки. Попробуйте, зная иностранный язык на довольно хорошем уровне, прочитать сказку на этом языке. Вы легко убедитесь, как это сложно. И вот ребенку, у которого ограничена лексика настолько, что он затрудняется выразить на русском языке довольно элементарную мысль, предлагают понять, а, следовательно, запомнить слова «ухват», «завалинка», «тулуп», «кушак». Да, в учебниках для детей, которые, следуя современным потребностям, но совершенно по недоразумению называются «Русский как иностранный», дается толкование этих слов. И после сказки мы видим от 18 до 27 слов, которые «объясняются» еще более непонятными словами. И уже на следующем уроке ребенок говорит, что он забыл, чем «колодезь» отличается от «мельницы». Знакомство с русскими сказками может состояться на таком этапе изучения языка, когда это вызовет интерес и послужит совершенствованию русского языка и обогащению лексики.

Опираясь на желание ребенка все делать самостоятельно, в начале каждого урока следует проводить трехминутный диктант, конечно, не контрольный, а постоянно «советуясь» с детьми, как написать каждое слово. Работу ребенка обязательно надо оценить высоко. Это серьезный стимул для дальнейших занятий. Опыт занятий с детьми показывает, что, зная всего несколько букв, дети с удовольствием пишут «диктанты», состоящие из нескольких слов или двух-трех примитивных предложений из знакомых слов, включающих знакомые буквы.

Во время урока, когда дети немного устали, можно сделать «зарядку», опять же не забывая о языке. Преподаватель спрашивает, где правая рука, где левая, ладошки и т.д. Затем предлагает похлопать в ладоши, попрыгать на правой ноге, на левой, положить правую руку на голову, закрыть глаза и т.п. Дети охотно повторяют (произносят) команды за преподавателем, выполняя задания. Так закрепляются названия частей тела, приставочные глаголы (присесть – сесть, привстать – встать). Можно использовать и русские детские подвижные игры типа «Баба сеяла горох…» и т.п. Слова, которые преподаватель произносит, а ребенок повторяет в процессе таких занятий, не требуют объяснения, достаточно показать предмет, движение, и ребенок уже не только понял, но и запомнил.

Для восстановления и развития материнского русского языка создан учебник «Русский язык как иностранный. Малышам». Этот учебник не ориентирован на определенный возраст, поскольку «возвращение» к материнскому языку можно начаться и в четыре года, и значительно позже. По этому учебнику целесообразно заниматься с детьми пяти лет, но и дети в возрасте от пяти до девяти лет могут начать занятия русским языком по этому учебнику. Учебник призван помочь им восстановить тот материнский русский язык, которым они владели в раннем детстве, чтобы продолжить систематические занятия по учебникам, предназначенным для школьников.

С вопросами можно обращаться: books@vlasovarki.com

Ознакомиться с полной серией учебников РКИ сайте: www.vlasovarki.com


[1] Приведу пример. В Московскую консерваторию приехала на стажировку 20-летняя певица из Канады. Ее бабушка, эмигрировавшая из России, говорила с девочкой только по-русски, учила ее русским песням. Она умерла, когда внучке было около семи лет. С тех пор девочка на русском языке не общалась

и считала, что русского языка не знает. Узнав о том, что ее материнским языком был русский, ей предложили заниматься в группе славян (болгары), которые к тому же на родине немного занимались русским языком. Вначале новая ученица не принимала участия в работе и очень переживала, что «ничего не понимает». И вдруг (именно «вдруг») она нашла правильную форму слова, чего никто в группе не мог сделать. Ей показалось это случайностью. Но еще через два месяца она не только восстановила то, что знала в детстве, но и стала быстро продвигаться вперед.


[2] Вспомните свой опыт: помогли ли вам многочасовые упражнения на уроках чистописания? Выработался ли хотя бы у нескольких одноклассников одинаковый почерк?


Н.С. Власова,

доктор филологических наук,

автор методики и учебников РКИ